Russian 311 – Weeks 11&12 Course Materials

Grammar

[Click here to see the lecture slides]

The Pronoun, selected topics and exercises from Pulkina, Zakhava-Nekrasova, 1992 pp. 148-182.

Vocabulary

Review the Level 1+ lexical minimum list and choose at least 10% of the vocabulary items pertinent to this topic.

Intentional Phrases

Review the list of Russian intentional phrases and choose at least 10% of the items pertinent to this topic.

Texts

 
 В Москве шли холодные дожди, похоже было на то, что лето
уже прошло и не вернется, было грязно, сумрачно, улицы мокро и
черно блестели раскрытыми зонтами прохожих и поднятыми,
дрожащими на бегу верхами извозчичьих пролеток. И был темный,
отвратительный вечер, когда я ехал на вокзал, все внутри у меня
замирало от тревоги и холода. По вокзалу и по платформе я
пробежал бегом, надвинув на глаза шляпу и уткнув лицо в
воротник пальто.
In Moscow there were cold rains, it looked like summer was over and will 




not come back again. Everything was dirty and dark, the streets glistened 




wet and black with the umbrellas of the people walking and the tops of the 




horse carriages. It was a dark, miserable evening when I was going to the 




train station; everything inside of me paused from nervousness and the cold. 




I ran on the train platform, covering my eyes with my hat and lifting the collar of 




my coat and burying my face in it.
 В маленьком купе первого класса, которое я заказал
заранее, шумно лил дождь по крыше. Я немедля опустил оконную
занавеску и, как только носильщик, обтирая мокрую руку о свой
белый фартук, взял на чай и вышел, на замок запер дверь. Потом
чуть приоткрыл занавеску и замер, не сводя глаз с разнообразной
толпы, взад и вперед сновавшей с вещами вдоль вагона в темном
свете вокзальных фонарей. Мы условились, что я приеду на вокзал
как можно раньше, а она как можно позже, чтобы мне как-нибудь
не столкнуться  с ней и с ним на платформе. Теперь им уже пора
было быть. Я смотрел все напряженнее -- их все не было. Ударил
второй звонок -- я похолодел от страха: опоздала или он в
последнюю минуту вдруг не пустил ее! Но тотчас вслед за тем был
поражен его высокой фигурой, офицерским картузом, узкой шинелью
и рукой в замшевой перчатке, которой он, широко шагая, держал
ее под руку. Я отшатнулся от окна, упал в угол дивана. Рядом
был вагон второго класса -- я мысленно видел, как он
хозяйственно вошел в него вместе с нею, оглянулся, -- хорошо ли
устроил ее носильщик, -- и снял перчатку, снял картуз, целуясь
с ней, крестя ее... Третий звонок оглушил меня, тронувшийся
поезд поверг в оцепенение... Поезд расходился, мотаясь,
качаясь, потом стал нести ровно, на всех парах... Кондуктору,
который проводил ее ко мне и перенес ее вещи, я ледяной рукой
сунул десятирублевую бумажку...
In a small first-class compartment, which I booked earlier, the rain fell on the roof noisily. 




I immediately pulled down the window curtain as soon as the baggage carrier, rubbing his 




wet hand on his white apron, took the tip (“for tea”) and left; I locked the door. After that, 




lifted the curtain a bit and paused, staring at the crowd moving to and fro with their baggage, 




in the dark light of the street-lamps. We decided that I would come to the train station as early 




as possible and she – as late as possible, so that we wouldn’t somehow accidentally bump into 




each other on the platform. Now it was time for them to arrive. I looked even more intensely, 




they were not coming. The second bell rang; I became cold with horror, was she late or did he 




at the last minute forbid her to go? And just at that moment was shocked at seeing his tall figure, 




an officer’s cap, a narrowly cut officer’s coat, a hand in a leather glove with which he was holding 




her hand. I jumped back from the window and fell into the corner of the couch. Nearby was the 




second-class compartment, I imagined how he would walk in, in a manner of an owner, would 




look around did the baggage handler place everything in a proper way. He would take his glove off, 




will take his cap off and would kiss her, and place the sign of the cross upon her…. The third bell 




deafened me, and the moving train made me freeze. The train started to move, shaking to and fro, 




knocking about, and then started to carry forward, and using all of its steam. The conductor who 




walked her over to me and carried her things, I with a hand of ice, pushed a 10-ruble note.
 Войдя, она даже не поцеловала меня, только жалостно
улыбнулась, садясь на диван и снимая, отцепляя от волос шляпку.
 -- Я совсем не могла обедать, -- сказала она. -- Я думала,
что не выдержу эту страшную роль до конца. И ужасно хочу пить.
Дай мне нарзану, -- сказала она, в первый раз говоря мне "ты".
-- Я убеждена, что он поедет вслед за мною. Я дала ему два
адреса, Геленджик и Гагры. Ну вот, он и будет дня через
три-четыре в Геленджике... Но Бог с ним, лучше смерть, чем эти
муки...
When she entered, she did not even kiss me, just smiled pitifully, sitting upon the 




couch and removing and unpinning her hat. “I could not eat a bite at dinner”, she said. 




“I thought that I would not be able to cope with this horrid role to the end. I want to drink terribly. 




Give me some Narzan (mineral water)”, she said using the familiar “you” for the first time.
“I truly believe, that he will follow me, I gave him two addresses Gelendzhik and Gagry. So, there, 




he will be in 3-4 days in Gelendzhik. But, God be with him, death is better than this pain…
 
Synopsis of the middle part of the story: The male lover describes the trip and how she mailed a 




telegram to her husband that she wasn’t sure where to stay, either in Gelendzhik or in Gagry and 




will write later. And then, he starts describing the beauty of the sea and the nature where there 




were staying, how they were going for swims in the morning. The simplicity of the native villagers, 




the mornings full of sunshine. He describes the sounds, as if all of nature is singing a love song. 




The days were absolutely glorious, but sometimes during the nights there were these dark, black 




clowds and she would cry, but happily, looking at them.
 
 Он искал ее в Геленджике, в Гаграх, в Сочи. На другой день
по приезде в Сочи, он купался утром в море, потом брился, надел
чистое белье, белоснежный китель, позавтракал в своей гостинице
на террасе ресторана, выпил бутылку шампанского, пил кофе с
шартрезом, не спеша выкурил сигару. Возвратясь в свой номер, он
лег на диван и выстрелил себе в виски из двух револьверов.
 12 ноября 1937
 
He looked for her in Geledzhik, in Gagry, in the city of Sochi. On the next day, after coming to 




Sochi, he went for a morning swim in the sea, and then shaved himself. He put on clean clothes, 




a starchy –white navy uniform, ate breakfast at his hotel at the terrace restaurant, drank a bottle 




of champagne, and drank some coffee with chartreuse liquor, smoked a cigar in no hurry. Upon 




returning to his hotel room, he laid on the sofa and shot into his temples using two revolvers.

Conclusion of Bunin's short story ""Кавказ"

James Wolfe (Иван Иванович)

Потом она прибежала ко мне, крича: ""Я не знаю как, но мой муж здесь! Ты должен уехать!" Я сказал ей, что я не могу уехать, потому что слишком много людей уже видели нас вместе. Вместо этого, мы должны уехать вместе навсегда. Она не знала что ответить и замолчала. Потом она медленно начала: "Ты знаешь, я не могу уехать с тобой. Мой муж-офицер. Я не готова уехать и с ним..." Я думал об этом. Она сказала, что любит меня, но не может уехать! Я хотел остаться, но она хотела чтобы я уехал. Я решил задать ей один вопрос: ""Если я уеду, ты отпустишь меня?" Я знаю, что это был трудный и несправедливый вопрос, но мне нужно было знать.┘ Она не отвечала некоторое время, но ей и не нужно было отвечать. У уже знал ответ. Я уехал не оборачиваясь.

Julia Krahn (Юлия Викторовна)

Когда наступил тот день - день нашего плана, моё сердце билось от счастья. Я увидел её на перроне: она прощалась со своим мужем, и он целовал её на прощание. Наконец подошёл поезд и мы зашли в разные вагоны, чтобы не было никаких подозрений. Когда мы приехали в Сочи, город встретил нас ярким утренним солнцем, сладким запахом кипарисов и щебетанием птиц. Стоя на перроне, я до сих пор не мог поверить в осуществление нашей мечты - я и она - мы вместе. Что может быть прекрасней?! На берегу моря я арендовал маленький летний домик с камином. Мы направились к дому, держась за руки, и наслаждались нашей первой прогулкой по городу. На следующее утро мы проснулись рано, пение птиц ознаменовало начало нашего путешествия. Но несмотря на это, какая-то неуверенность и волнение не покидали её. Мы побежали к морю, расположились на берегу и наслаждались утренней прохладой, говором волн, и каждой минутой нашего пребывания здесь вместе. На следующий день, мы почувствовали, что кто-то за нами следит. Это был посланник её мужа, который следовал за нами с того самого перрона, на котором она с ним прощалась. Человек передал ей письмо от мужа, в котором говорилось о том, что ему известны её отношения со мной. И эта поездка была самым главным доказательством измены. Она побледнела и заплакала от безысходности положения. На следующий день она упаковала чемодан и была готова к отъезду. Ее объяснения были просты: она никогда не любила мужа, но у неё чувство обязанности и долга перед ним. Поэтому, сказала она, будет лучше, если мы прекратим наши отношения. Это был последний раз, когда я её видел.

Michael's is a bit more romantic (although dark) and melodramatic than Bunin's, but makes for a good, colorful story.

Mike Middents (Михаил Давидович)

Вдруг нам показалось, что мы уже в пути. Казалось, ?ы ждали этого момента вечность. Отовсюду мерещились опасности, но этот дерзкий шаг стоил того именно с ней. Со временем местность изменилась: она стала зелёной, красивой, живой. Наконец-то нам не надо было скрывать нашу любовь! Мы были единственными людьми в нашем собственном мире. Чем дальше мы отъезжали от вокзала, тем ближе становились. Мы приехали в Сочи и всё было даже прекраснее, чем я помнил. Огромные горы виднелись вдалеке за лесом. Волны выходили из моря и как будто шептали: ""Добро пожаловать!" Всё было прекрасно. Мы здесь пробыли бы друг с другом целый месяц. Наши дни вместе были замечательные, а наши ночи - даже ещё прекраснее. Однажды, ранним вечером, мы решили прогуляться в лесу. Выйдя из леса, и вдруг увидели великолепные широкие луга. Их cветлая белесая трава казалась такой же мягкой как огромные облака, которые плыли над нами. Никогда в жизни я не знал такого счастья. Я даже сомневался в том, знают ли ангелы такую радость. Вдруг несколько теней появились из-за близлежащего леса. ""Как ты нашёл меня здесь?", - спросила она своего мужа стоящего впереди. ""Как ты смогла?", повторял он. Молча, солдаты выстрелили в меня, но не убили, а только ранили Я ничего не видел, только слышал. Они связали её руки и ноги, и оставили нас один на один с волками, которые уже начинали выть в тёмном лесу. ""Готова познакомиться с Сатаной, блудница?", прошипел он, уходя.